ПРЕМЬЕРА МАЛЕНЬКИЕ ТРАГЕДИИ

РЮИ БЛАЗ

ФАЛЬШИВАЯ МОНЕТА

"БАБА ШАНЕЛЬ"

Трамвай "Желание"

Детектор лжи

Премьера МАЛЕНЬКИЕ ТРАГЕДИИ

Алексей Каренин

Пучина

Мадам Бовари

Ах, какая это была удивительная игра!

Красавец-мужчина

Дни нашей жизни

Палата №6

Красотка и семья

Паола и львы
(Сублимация любви)

Гупёшка

Сыч и кошечка

Вишнёвый сад

Господа Г...

Пресса о спектакле «Счастливчик»

«Счастливчик»

Автор: Ирина Марчук 

Источник: «Театральный Петербург», февраль 2004 г.

 

14 февраля в театре состоялась премьера — «Счастливчик» по мотивам рассказов А. П. Чехова. Рассказывает режиссер спектакля Андрей Дежонов.

 

— Наш спектакль можно назвать фантазией на темы рассказов Чехова. Я старался выбирать произведения не хрестоматийные, то есть это не «Толстый и тонкий», не «Смерть чиновника», не «Крыжовник», а малоизвестные рассказы. Возможно, даже для тех, кто хорошо знает Чехова, они станут открытием. Это будет наслоение, переплетение рассказов в одну историю.

 

— Но все они будут «лить воду на одну мельницу»? Все выбранные вами произведения посвящены одной и той же теме? Насколько я понимаю, — это «мужская история» про женщин...

 

— Жанр мы обозначили как «мальчишник». Спектакль рассказывает о столкновении мужчин с совершенно другим миром. Переиначив слова Достоевского, можно сказать: спектакль о том, что любовь спасет мир. О том, что делает человека счастливым. О том, что если нет любви, человеку безумно тяжело жить. Это банально, но это так.

 

— Андрей, когда я вошла в зал во время репетиции, против «счастливчика», которого играет Евгений Баранов, затевался, как я понимаю, некий заговор...

 

— Скорее — розыгрыш. Вы вошли в зал в тот момент, когда мы репетировали конец первого акта. Тогда же появляется и «счастливчик», а до этого в купе поезда из Москвы в Петербург ехали три персонажа. Между ними происходило то, что и происходит обычно в поездах, когда люди в дороге делятся друг с другом своей жизнью, рассказывают о самом сокровенном. Каждый будто подытоживает: правильно ли я жил или проехал мимо своей любви, в то время как надо было остановиться... И вот в эту историю врывается новый человек — герой рассказа «Счастливчик». Он только что женился, безумно счастлив, и люди, у которых большой груз опыта любовных, семейных отношений, начинают его провоцировать, проверять на прочность. «А ты знаешь, на что ты пошел, а ты вообще отдаешь себе отчет, что это такое семейная жизнь, что это очень серьезный мир — мир женщины, тебе еще только предстоит с ним столкнуться...» У каждого персонажа — своя предыстория, свой мужской опыт, и для затеянного розыгрыша — свой повод. Но «счастливчик» все равно выходит победителем, потому что у него есть простая правда, которая побеждает все препятствия. Эта правда — любовь...

 

— Bы сказали, что в основу спектакля легли малоизвестные рассказы Чехова...

 

— Мне важно было, чтобы на них не было штампа восприятия. Можно сказать, что существует целая галерея больших артистов, которыми сыграны или прочитаны чеховские рассказы, их исполнение наложило конкретный отпечаток на то, как мы эти хорошо знакомые нам рассказы воспринимаем, — с этим нельзя не считаться. А мне хочется по-другому услышать чеховские слова, увидеть их другими глазами, взглянуть из другого тысячелетия на написанное Антоном Павловичем. Знаете, как будто умывшись новым веком... Это будет своего рода эксперимент с элементами гротеска и фантасмагории. Часто Чехова играли как жанровые анекдоты, особенно рассказы...

 

— «Пестрые рассказы»...

 

— Да, «пестрые рассказы», эдакие жанровые сценки с характерными персонажами. Но от анекдотов-то и хотелось бы уйти. Наверное, у нас тоже получатся пестрые рассказы, но я надеюсь, что они будут объединены одной мыслью и пестрота станет осмысленной. Хотелось увидеть все под другим углом. Ведь Чехов — разный. Мы фантазируем на его материале, но не меняем его, что-то переставляем, что-то переворачиваем, но это в логике спектакля, ведь спектакль сам по себе — жанр, который создается во время репетиций. Возможно, кто-то увидит в том, что мы делаем, недопустимую вольность, но я никогда не позволил бы себе фантазировать на темы Чехова, не имея к нему огромного уважения.

 

— Жанр спектакля вы определяете как «мальчишник». Это для того, чтобы Чехова не зажимать в жанровые рамки?

 

— Да. Тем более что мне кажется, в рассказах у него жанровых рамок-то и не существует. В свое время меня потряс чешский режиссер Петер Лебл тем, как он осваивал Чехова. Я познакомился с ним на одном из фестивалей, видел его спектакли, в том числе его «Чайку», которая меня поразила. Я никогда такого Чехова не видел. Чехов ведь настаивал на том, что его пьесы комедии, а не драмы...

 

— Думаю, эта тема осталась актуальной для теоретиков, не для практиков театра...

 

— Спустя время перестали уже и обращать внимание на это его замечание и играли его пьесы как драмы, хотел он этого или не хотел. Но у Лебла я впервые увидел действительно комедию, сквозь которую просматривалась, прорывалась драма. И все же это была комедия, все происходящее было смешно до слез. И от этого становилось ужасно грустно. Лебл очень смело обошелся с «Чайкой», но он имел на это право в силу того, что очень любил Чехова, это был его самый любимый писатель, самый любимый драматург. Режиссер не пошел на поводу у традиций, которые существуют при постановке Чехова. Целый набор стандартных решений и подходов установился еще при Станиславском, как можно и нужно его ставить, а как нельзя, почти как в театре Кабуки... Чуть шаг в сторону,раздавались угрозы: это не Чехов,он перевернется в гробу... Но почему так можно, а иначе нельзя, откуда вы знаете, что имел в виду Чехов, когда писал то или другое произведение?.. Чехов, даря одну из своих книг Чайковскому, подписал ее так: «Мои рассказы, скучные, как осень». И что теперь? Нужно ставить эти рассказы скучно, как осень? Нельзя же это воспринимать прямолинейно, Антон Павлович здесь явно слукавил, иначе не стал бы и книжку дарить.

— Андрей, расскажите, кто будет занят в спектакле?

 

— Евгений Баранов, Кирилл Датешидзе, Владимир Балагин и Анатолий Коптев.

 

— Балагин и Коптев как драматические артисты или как «Кавалер-дуэт»?

 

— Как драматические артисты. Для поклонников дуэта сообщаю: концерта не будет. Они сами захотели выступать в качестве драматических артистов. В спектакле много музыкальных цитат из Римского-Корсакова, Чайковского, Бородина, Мусоргского. Музыкальные темы возникнут как ассоциации по поводу происходящей ситуации.

 

— В афише написано, что музыкальное оформление принадлежит Михаилу Мокиенко...

 

— У Михаила своя линия, своя часть музыкального оформления. Классика же прозвучит в привычном для зрителя исполнении. Мы ищем атмосферу, способ существования, а во что это все превратится, покажет время. В период работы над спектаклем я перечитал всего Чехова, когда ты читаешь его не кусочками, а подряд, понимаешь, какая это лавина, какая в нем заключена мощь. Для меня персонажи спектакля принадлежат чеховскому окружению: я пытался определить для себя, кто из героев кем приходится Антону Павловичу, за кем из них скрывается племянник, а в ком видны черты брата... А «счастливчик» может ассоциироваться с Чеховым, потому что он часть Чехова, как любой его персонаж.

 

— В спектакле это будет читаться?

 

— Нет-нет, это не должно читаться зрителем, это важно для меня, для актеров. В спектакле не будет прямых биографических отсылок, то, о чем я сказал, существует скорее на уровне ассоциаций.

 

... Когда мы закончили разговор с Андреем Дежоновым и я отправилась по коридору второго этажа в сторону литчасти, мною были услышаны специфические «звуки ре» (репетиции), единственно разрешаемые в любом театре звуки, когда перед репетиционной комнатой выставлена табличка: «Тихо! Идет репетиция!». Шла репетиция пьесы Ноэля Коуарда «Сенная лихорадка» с участием Ольги Антоновой и Сергея Бехтерева. Но об этом в одном из наших ближайших номеров.

 

 

 

Мальчишник на рельсах

О чем могут разговаривать собравшиеся вместе мужчины? Конечно, о женщинах! Этим и заняты попутчики в премьерном спектакле «Счастливчик»

 

Представьте себе, что вы женились и абсолютно счастливы. И вот едете с законной супругой в поезде, на одной из станций выходите подышать свежим воздухом и встречаете знакомых. Ба! Конечно, начинаются разговоры, все радостно возбуждены, и, заметьте, выпито немало. Когда же приходит время отправляться, вы вскакиваете в вагон: где ты, милая женушка? А поезд-то не ваш. Приехали!

 

Идею спектакля по чеховскому рассказу «Счастливчик» театру «Русская антреприза» им. А. Миронова подарил артист Николай Трофимов. За инсценировку взялся режиссер Андрей Дежонов и, как это часто бывает, буквально «подсел» на Чехова, с воодушевлением перелопатив полное собрание сочинений классика. Постепенно сюжет «Счастливчика» начал обрастать новыми историями и подробностями. В общем, получилась пьеса по мотивам Антона Павловича — «мальчишник в 2-х действиях».

 

В купе четверо: Актер, Инженер, Проводник и Счастливчик. Их разговоры вертятся вокруг встреч, разлук, страстей, романсов и дуэлей. Счастливчика на премьере сыграет Евгений Баранов, но со временем, возможно, публика увидит в этой роли Николая Трофимова. В спектакле также заняты Кирилл Датешидзе и знаменитый «Кавалер-дуэт» — Владимир Балагин и Анатолий Коптев. Однако спешим разочаровать поклонниц: в спектакль исполнители романсов приглашены исключительно в качестве драматических актеров.

 

Мнение

Андрей Дежонов, режиссер спектакля

 

Я впервые читал Чехова с первого до последнего тома, включая письма. Это совершенно невероятное ощущение - погружаешься в современную ему жизнь, атмосферу, видишь, как переплетаются судьбы, обнаруживаешь аналогии между персонажами и реальными людьми. Вдруг появилась такая безумная идея сыграть в «чеховскую семью». Представьте: женился Чехов на своей Ольге Леонардовне. И вот едет он в поезде вместе с братом, племянником... Какой у них мог состояться разговор? Это повод для фантазии.

Театр русской антрепризы имени Андрея Миронова